Поиск

Зин «Цифровая пыльца»




«Цифровая пыльца» — новый независимый литературный веб-зин. Его сделали первые выпускни_цы курса creative writing, который ведёт поэтесса Галина Рымбу на базе Школы искусств и креативных индустрий.


Создательни_цы и автор_ки зина: Наташа Гладыш, Лиза Демченко, Яна Дударенко, Мария Лобанова, Ганна Отчик, Вероника Пит, Даш Че, Оля Шапиро-Рублёва, Вова Эдерле.



«Цифровая пыльца — плод коллективного воображения, полуреальный концепт, размышление о современном мире, творчестве, технологиях и человеке», — говорят автор_ки.



*

«инструкция по применению пыльцы — принимать когнитивно, принимать аффективно, принимать до финального исхода. Пылить собой на встречу всем, мы связаны тем, что наши легкие переполнены, мы благополучно отравлены пыльцой. Когда мы собираем себя в пыльцовый формат, мы соглашаемся с тем, что мы перенасыщены, перемешаны, пере, пере, пере. И ничего кроме этого не осталось, никакой другой связи нет и не будет»


*

«пыльца царапает сообщение и вносит искажение, мы читаем совсем не то, что было отправлено не то что было напечатано опечатано пространство растянута наша связь прочерчена сетками пыльцы мы пишем одно а читаем другое <...> почему читаем совсем не то что было умеем ли мы читать как пыльца»


(Фрагменты из коллективного предисловия к зину)



Галина Рымбу о «Цифровой пыльце»


Этот зин создавался как коллективный «выпускной проект», но это также и важная самоорганизованная история. Автор_ки сделали его уже после окончания курса, без участия и курирования преподавателей. Только на последних занятиях мы организовали для всех мастер-класс по созданию веб-зинов, который провели наши приглашённые преподавательницы — художницы Алёна Лёвина и Аня Ystalost.


Для многих участни_ц проекта это был первый опыт работы с зином и публикацией литературных текстов, а для некоторых тексты, которые писались в рамках курса и в итоге вошли в зин — это, можно сказать, первые опыты письма. Мне очень понравилось, как был устроен рабочий процесс у ребят — горизонтально, без деления на автор_ок и редактор_ок, художн_иц-дизайнер_ок и верстальщ_иц: все в какой-то степени успели побывать во всех этих ролях — с разных сторон литературного производства.


У кажд_ой автор_ки в зине есть своя отдельная «глава», онлайн-раздел над вёрсткой, визуальной составляющей и текстами для которого они могли работать либо автономно, либо в коллаборации с другими участни_цами проекта. Зин включает в себя поэтические тексты, эссе, короткую прозу, визуальные работы автор_ок, большинство из которых были созданы во время учебного процесса или вокруг него. Это тексты созданные внутри конкретных формальных/ концептуальных ограничений, которые впоследствии стали «автономными», обособились от своих изначальных «учебных» задач и «лабораторного» пространства эксперимента.


Поэтические тексты, которых здесь большинство, — очень разные: это документальная поэма Лизы Демченко, основанная на материалах из семейного архива авторки и комментариях-речах ненависти из ЖЖ, которая рассказывает о частном семейном опыте переживания Чеченской войны и бомбардировок Грозного в 1994 году; это визуально-поэтические и видеопоэтические эксперименты Наташи Гладыш; это и поэма Ольги-Шапиро-Рублёвой о миграции слонов из заповедника в китайской провинции Юнань и планетарных изменениях климата, c нею отчасти перекликаются эко-чувствительные зоопоэтические found poetry-тексты Ганны Отчик; это пронзительная поэтическая история Вероники Пит «спичечные коробки», очень тонко работающая с личными «политиками памяти». Есть здесь и короткая концептуальная проза — например, prose poetry-алфавит Яны Дударенко и рассказ Вовы Эдерле «Мы купили новый стол», есть эссе Даш Че «Язык» и поэма Марии Лобановой о языке, его недостаточности, невозможности, нехватке, о влечении к обновлению языка, которая всегда преследует и обуславливает поэтическое письмо:


«размножаются вывихи слов заполняют собой нетерпеливый рот ракушками гремят внутри словно победил кто кого и валится план мой не прикасаться к миру словно ворсинки пепла от сгоревшего каната что висел в школьном спортзале по которому я никогда не могла забраться наверх разлетаются на осеннем ветру


<...>


трутся макушки волн о поверхность света дребезжит безумная пчела несоответствий память словно хрящ в отцовской тарелке и такие разные пальцы у отца и матери как буквы гласные и согласные держат моё звучание за горло»


Основной корпус текстов здесь предваряет коллективно написанное предисловие в жанре prose poetry, отсылающее к практикам «автоматического письма» — в нём с разных сторон обыгрывается и раскрывается образ «цифровой пыльцы». Это одновременно и метафора современного литературного опыта, и образ глобального медиа-пространства, и способ коммуникации, и некий «непродуктивный» информационный избыток, излишек, который становится материей новой литературы, правилами и самим процессом языковой игры, метафорой создания текста и его восприятия, метафорой авторства.


«Цифровая пыльца» — это попытка автор_ок помыслить себя и свои тексты во взаимодействии с новым информационным пространством и технологиями. А также принять письмо и литературное производство как коллективную практику. Тексты, поэтические субъектности, индивидуальные голоса и самые разные методы письма сосуществуют здесь подобно рою. Но есть ощущение, что все они «из одного мира», «с этой планеты», их автор_ки работают с личной и коллективной исторической памятью, рефлексией над опытом и задачами письма, его особенностями существования в новых медиа-пространствах, а гендерная, эко- и социальная проблематика здесь уже абсолютно органично и тонко «распределены» по всему пространству текстов: это не столько «тематика» текста, сколько вообще — способ видения мира. Автор_ки зина живут в разных точках планеты (только 3 автор_ки зина живут в России), нельзя сказать, что это будущая «русская» или «российская» литература, это именно русскоязычное письмо с разной генеалогией — планетарное, транскультурное письмо. Вообще, мне кажется, что, возможно, даже в ближайшем будущем новые русскоязычные литературные сообщества и институции будут создаваться поверх национальных границ и они не будут укоренены в российском контексте, он — больше не центр новой русскоязычной литературы. Поэтому «Цифровая пыльца» — это в каком-то смысле штука из будущего, такой неуловимый, но яркий и видимый мигрирующий объект.


Такой «выпускной зин» — это хорошая возможность помыслить идеальное, утопическое литературное пространство для со-существования своих текстов. На большинстве подобных курсов по креативному письму (по крайней мере, в русскоязычных контекстах) как правило рассказывают про уже существующие публикационные площадки и про то, как взаимодействовать с ними, как встраиваться в уже существующие структуры литературного поля. Там уже есть своя иерархия, отбор и пр. А тут идея в другом — что новые автор_ки , входя в литературное поле, сами создают в нём новое материальное и символическое пространство, вносят в него другие логики литературного производства — буквально, делают свою литературу, которая основана на со-мышлении и гостеприимстве.













82 просмотра0 комментариев

Недавние посты

Смотреть все